2,1%. Ниже уже почти некуда.

Безработица в Беларуси 2026 года — 2,1%: во втором квартале Белстат зафиксировал новый исторический минимум. Год назад было 2,5%, в первом квартале этого года — 2,3%. Теперь 2,1%. Можно было бы поздравить друг друга с почти полной занятостью, но экономисты смотрят на эти цифры без энтузиазма.

Нормальная безработица для здоровой экономики — 5–6%. Когда она падает ниже 3%, это называется кадровым голодом. Работодателям физически некого нанимать. И это не метафора — это то, что прямо сейчас происходит на белорусском рынке труда.

Статистика, в которую сложно поверить

Белстат обследует домашние хозяйства выборочно — опрашивают 0,8% семей и экстраполируют на всю страну. Методология международная (МОТ), цифры корректные. Но цифры эти расходятся с тем, что люди видят вокруг себя.

69% населения 15–74 лет заняты. Среди трудоспособных — 85,3%. Плюс почти процент к прошлому году.

В деревне безработица 1,9%, в городе — 2,2%. Женщины теряют работу реже (1,8%), мужчины чаще (2,4%).

Тренд последних двух лет устойчивый: 2,9% → 2,5% → 2,3% → 2,1%. Не сезонное колебание, а последовательное сползание вниз. Каждый квартал — новый рекорд. И это при том, что за тот же период количество вакансий в общереспубликанском банке сократилось на десятки тысяч.

Зарплаты растут параллельно. Июнь 2026: 3 104 BYN в среднем по стране. До рекорда декабря 2025 (3 112,7 BYN) не дотянули самую малость. За год зарплаты выросли на 9% реально — с поправкой на инфляцию. Но средняя — это как средняя температура по больнице. Медианная зарплата в Минске, по данным rework.by, около 2 000 BYN до вычета налогов. Среднюю тянут вверх авиатранспорт (8 040 BYN), IT (7 313 BYN) и финансовые услуги (7 248 BYN).

Почему безработица в Беларуси 2026 — это проблема, а не достижение

Анастасия Лузгина из BEROC отметила вещь, которую редко произносят вслух: радоваться тут нечему. Безработица ниже 3% означает, что людей в экономике банально не хватает.

Когда безработных почти нет, работодатель не может выбирать. Он берёт тех, кто есть. Поднимает зарплату выше рынка, чтобы переманить специалиста у соседа. Снижает требования. Обучает на месте. Это разгоняет потребительский спрос — люди тратят больше. Но производительность труда при этом не растёт. Денег в обороте больше, товаров и услуг — столько же. Инфляционный рецепт в чистом виде.

Экономисты называют нормальным уровнем безработицы 5–6%. Это так называемый естественный уровень — когда люди меняют работу, переезжают, переучиваются, и рынок остаётся гибким. Всё что ниже — жёсткий дефицит. Беларусь живёт с этим дефицитом уже несколько лет, и он только усиливается.

Белстат говорит: безработица 2,1%. Но данные macroby.org за первый квартал 2026 показывают, что среднее количество вакансий сокращается третий квартал подряд. Не потому что люди нашлись — потому что работодатели снимают заявки, отчаявшись найти кандидатов. В общереспубликанском банке осенью 2025 было 176 тысяч вакансий. К середине 2026 — около 140 тысяч. Минус 36 тысяч вакансий, которые просто перестали искать.

Где людей нет, а где — очередь

Тут начинается самое интересное. Безработица низкая. Но конкуренция среди соискателей — высокая.

По данным Onliner за первое полугодие 2026, конкуренция снизилась с 12,7 до 10,3 резюме на вакансию. Стало лучше. Но 10 человек на место — это по-прежнему много. Почему так?

Потому что соискатели идут не туда, где они нужны. А туда, где привыкли искать.

В административном персонале — 28 резюме на вакансию. В маркетинге — 28. В ИТ — 25 (год назад было 12). В бухгалтерии — 18.

А в производстве — 6,5. В медицине — 6. В розничной торговле — вообще 4,4.

Разрыв в семь раз между самой конкурентной и самой голодной до людей сферой. И это не случайность.

ИТ-образование последние пять лет было национальной идеей. Курсы, вузы, митапы, стажировки. Рынок насытился джуниорами и мидлами — при средней зарплате 7 313 BYN реальный рост зарплат в ИТ отрицательный (–1,1% год к году). Сектор остывает, а поток желающих войти в него не уменьшается. Результат: 25 резюме на вакансию и падающие зарплаты.

А рабочих рук не хватает катастрофически. 68,7% вакансий в общереспубликанском банке — рабочие специальности. Токари, сварщики, операторы ЧПУ, каменщики, водители-международники. МАЗ в начале года висел с 1 902 незакрытыми вакансиями. Сталеварам предлагали 4 700 BYN — не шли. Почему? Условия труда на заводе — это не офис с кондиционером. Смены, шум, физическая нагрузка. Для многих даже высокая зарплата не перевешивает эти минусы.

Если вы ищете работу

Главное, что надо понять про рынок 2026 года: ваш главный актив — не диплом и не стаж, а готовность идти туда, где конкурентов меньше.

Водитель-международник сейчас получает 8 000–8 700 BYN. Машинист буровой установки — до 10 000. Замглавного инженера на БелАЭС — до 10 300. Это не «офисные» деньги. Но это реальные деньги, и на эти позиции — единицы откликов.

В производство, торговлю и транспорт берут без опыта. Обучают на месте. Дают жильё (23 тысячи вакансий с жильём в общереспубликанском банке). Конкуренция там в четыре-пять раз ниже, чем в офисе.

Ещё нюанс для тех, кто потерял работу: государство больше не даёт «подушку». Пособие по безработице с 2025 года — 40 рублей в месяц, платят 13 недель. Для сравнения: до реформы платили до 2 базовых величин (80 рублей в 2024 году) и до полугода. Сейчас система настроена так, чтобы человек не засиживался в статусе безработного. Встать на учёт нужно в течение месяца после увольнения, и нужно иметь минимум 5 лет стажа с уплатой взносов в ФСЗН. Опоздали или не хватает стажа — пособия нет.

Если вы работодатель

Нанимать по старинке — разместил вакансию и ждёшь — в 2026 году не работает. Точнее, работает только в перегретых офисных секторах, где соискатели сами вас найдут.

В производстве, рознице и медицине правила другие:

• Зарплата должна быть выше рынка. Средний рост предлагаемых зарплат — 11% за год, и это не предел.
• Опыт больше не обязателен — проще взять новичка и обучить.
• Условия важнее денег: жильё, гибкий график, нормальный соцпакет.

Госпрограмма «Сбалансированный рынок труда» на 2026–2030 годы закладывает потребность в 300 тысячах работников на пятилетку. Планируют активнее привлекать иностранную рабочую силу и возвращать на рынок труда пенсионеров. За 2025 год число работающих пенсионеров выросло втрое — с 14 до 48 тысяч. 70% из них закрывают рабочие специальности. «Серебряная экономика» перестала быть теоретическим понятием — в Беларуси это работает уже сейчас.

Отдельная история — новый закон о занятости (подписан в конце 2024, вступил в силу с 2025 года). Для работодателей там важный момент: обязательная подача вакансий в электронном виде в Общереспубликанский банк. Плюс новые правила для кадровых агентств — ежегодная отчётность, при непредставлении исключение из реестра.

Что дальше

До конца 2026 года рынок продолжит двигаться в трёх направлениях.

Зарплаты будут расти — но медленнее. Работодатели упираются в потолок. Рост на 11% год к году уже замедлился на 7 процентных пунктов относительно прошлого года. Дальше темп будет снижаться — бизнес не может бесконечно повышать зарплаты без роста производительности.

Конкуренция продолжит снижаться. С 12,7 до 10,3 резюме на вакансию за полгода — тренд вниз. Но не для всех. Административный персонал, маркетинг и IT останутся высококонкурентными. Там снижения конкуренции ждать не стоит — слишком много желающих и слишком мало вакансий.

Кадровый голод усилится. Ниже 2% безработица практически не опускается — людей больше не становится. Дальше рынок будет давить через зарплаты и переток кадров между секторами. Единственный способ смягчить дефицит — переобучение и межотраслевая миграция. Но это медленные процессы. В ближайшие год-два легче не станет.

Честный вывод для соискателя: самая выгодная позиция на рынке сейчас не там, где выше зарплата в вакансии. А там, где меньше конкурентов. Это производство, торговля, транспорт и медицина. Не офис.