На 1 июня 2026 года в Брестской области открыто 18 174 вакансии. Это на 31,6% меньше, чем год назад — рынок сжимается заметно быстрее, чем в среднем по стране. Уровень зарегистрированной безработицы держится на символических 0,1%, на учёте в органах по труду и занятости состоит всего 734 человека. Из них 493 — городские жители, 241 — сельские. Доля женщин среди безработных — 26,2%, мужчин — 73,8%. Но эти цифры обманчивы: пособие по безработице в регионе составляет в среднем 30,2 BYN, получают его всего 49 человек. Регистрироваться в качестве безработного при таких условиях экономически бессмысленно, поэтому реальная безработица выше официальной — просто она невидима для статистики.

Средняя зарплата в Брестской области в марте 2026 года — 2 587 BYN. Это заметно ниже столичных 3 889 BYN, но выше, чем в Витебской (2 471 BYN в марте) или Могилёвской областях. Строители получают 3 162 BYN, промышленность — 2 861 BYN, сельское хозяйство — 2 633 BYN, транспорт и складирование — 2 483 BYN. Бюджетники: образование — 1 960 BYN, здравоохранение — 2 101 BYN, в среднем по бюджетной сфере — 2 113 BYN. Разрыв с Минском по зарплатам составляет 1,5 раза. По стоимости жизни, по разным оценкам, разница около 1,3 раза — частично компенсирует, но полностью gap не закрывает. Для многих брестчан это приемлемый компромисс между доходом и качеством жизни. Для высококвалифицированных специалистов — стимул искать работу в Минске или за границей.

Кого ищут: 70% спроса — рабочие руки

Структура спроса типична для белорусского региона, но с брестской спецификой, обусловленной географией. 69,8% вакансий — рабочие профессии. Абсолютный лидер по дефицитности — водители автомобилей: 1 026 вакансий при 34 зарегистрированных безработных с этой профессией. Превышение спроса над предложением — в 30 раз. Трактористов-машинистов сельскохозяйственного производства нужно 529 человек при 3 безработных — превышение в 176 раз, один из самых вопиющих разрывов в стране. Электромонтёров по ремонту и обслуживанию электрооборудования требуется 373 при 7 безработных (53-кратное превышение). Рабочих по комплексному обслуживанию зданий — 328 при 9 безработных (36-кратное), поваров — 287 при 7 безработных (41-кратное), электрогазосварщиков — 272 при 6 безработных (45-кратное).

Среди специалистов ситуация не лучше. Врачей-специалистов требуется 395 — и ни одного безработного врача на учёте. Медицинских сестёр — 285 вакансий при 3 безработных (95-кратное превышение). Мастеров леса — 167 вакансий при нуле безработных. Бухгалтеров — 163 при 5 безработных (33-кратное). Ветеринарных врачей — 153 вакансии при нуле безработных. Воспитателей дошкольного образования — 90 при одном безработном (90-кратное). Сектор неквалифицированного труда тоже испытывает острейший голод: уборщиков помещений нужно 521 человек, подсобных рабочих — 391, грузчиков — 371, санитарок — 272. Отдельная строка — обработчики рыбы и морепродуктов: 185 вакансий при одном безработном. Это перерабатывающие предприятия, ориентированные преимущественно на российский рынок. Спрос колоссальный, работа физически тяжёлая, зарплата — на уровне средней по области или чуть ниже.

Польский фактор: конкуренция за кадры через границу

Брест — единственный регион Беларуси, имеющий протяжённую границу с Евросоюзом. Близость Польши создаёт постоянное, структурное давление на локальный рынок труда, не имеющее аналогов в других областях. Водители-международники, строители, разнорабочие, специалисты сельского хозяйства имеют реальную, осязаемую альтернативу — работу за границей с зарплатой в 3–5 раз выше белорусской. Даже при ужесточении визового режима, сокращении числа разрешений на работу и общем охлаждении отношений трансграничная трудовая миграция остаётся значимым фактором оттока кадров. Часть брестчан работает в Польше вахтовым методом: месяц через границу, месяц дома. Часть уезжает на сезонные работы. Часть эмигрирует окончательно.

Эффект чётко виден в цифрах. По итогам 2025 года Брестская область потеряла 2 700 работников — отрицательное сальдо принятых и уволенных. В первом квартале 2026 года регион показал наихудшую динамику вакансий среди всех областей: минус 12,1% к аналогичному периоду 2025 года. При этом количество активных резюме выросло на 40% — люди активнее ищут работу, но вакансий становится меньше. Этот разрыв между растущим предложением труда и сжимающимся спросом — классический симптом региона, где внутренний рынок труда chronically недотягивает до внешних альтернатив.

Отраслевая структура и инструменты закрытия вакансий

Промышленность формирует 22,3% спроса на кадры в регионе — 4,4 тысячи вакансий. Сельское хозяйство — 14,8% (2,9 тысячи), и это заметно выше, чем в большинстве других областей: Брестчина остаётся аграрным регионом с мощным перерабатывающим сектором. Торговля — 12,1% (2,4 тысячи), транспорт — 11,5%. (2,3 тысячи), строительство — 8,6% (1,7 тысячи), образование — 8,4% (1,6 тысячи), здравоохранение и социальные услуги — 8,1% (1,6 тысячи). Уникальная черта Брестской области — высокая доля вакансий в сельской местности: 20,9%, или 4,1 тысячи из 19,6 тысячи на начало года. Это самый высокий показатель среди всех регионов, и он отражает острейший дефицит кадров в аграрном секторе: механизаторов, животноводов, операторов машинного доения, ветеринаров.

Для решения проблемы с нанимателями заключены и реализуются 122 дорожные карты по подбору работников с общей потребностью 3,5 тысячи человек. При содействии управлений по труду трудоустроено 2,4 тысячи (выдано 3,7 тысячи направлений — не все доходят до оформления). На обучение под заказ нанимателя направлено всего 16 человек — масштаб переобучения критически недостаточен для региона с 18 тысячами открытых вакансий. Шестьдесят восемь безработных получили субсидии на открытие собственного дела. Двадцать один трудоустроен с частичной компенсацией нанимателю затрат на оплату труда в программы «приобретение опыта практической работы», двадцать шесть безработных инвалидов прошли адаптацию. Это точечные, ювелирные меры, которые на фоне 18 тысяч открытых вакансий выглядят каплей в море.

Что делать соискателю в Бресте

Брестский рынок труда предлагает парадоксальную, почти шизофреническую картину. С одной стороны, работы много — 18 тысяч открытых вакансий при 734 безработных. С другой стороны, эта работа в основном физическая, не всегда высокооплачиваемая и часто находится не в областном центре, а в районах и сельской местности. Квалифицированный сварщик или водитель-международник может рассчитывать на доход выше среднего по области и не имеющую аналогов в других регионах возможность выхода на европейский рынок труда. Офисному сотруднику найти место сложнее — конкуренция в «белых» профессиях здесь такая же острая, как в Минске, а зарплаты на 30–40% ниже столичных.

Разумная стратегия для брестского соискателя укладывается в три направления. Первое: рабочие специальности с экспортным потенциалом — водитель-международник, сварщик, оператор станка с ЧПУ, электромонтёр. Здесь спрос превышает предложение в десятки раз, а польский рынок труда служит дополнительным драйвером зарплат. Второе: медицина и ветеринария — дефицит абсолютный, жильё часто предоставляется, конкуренция нулевая. Третье: переработка и пищевая промышленность — сектор с устойчивым экспортным спросом. Где работу найти значительно проще, чем в офисе, а зарплаты сопоставимы со средней по области. Офисный рынок Бреста невелик, и конкуренция там будет только расти — это общереспубликанский тренд, который в приграничном регионе усугубляется оттоком квалифицированных кадров за рубеж.